среда, 26 октября 2016 г.

Мой фотофест. Сергей Жатков.







Одна из задач фотографии – вразумлять глаз путем аскезы и труда. Сейчас она представляется главной, потому что в искусстве ласкать глаз зрителя современная фотография зашла слишком далеко.
Когда-то мне казалось, что Сергей Жатков – феноменолог от фотографии. Ищет новые оптические радости там, где их не ожидаешь. Как Ахматова стихи,  «не ведающие стыда». Среди железобетона, пластикового мусора, осыпавшейся штукатурки. Иногда он оставляет все это в сыром импрессионистическом виде, иногда доводит до художественного жеста, заключая в раму изысканной фотографической техники.



С. Жатков. Из серии "Странное", 2016.




С. Жатков. Из серии "Странное", 2016.
С. Жатков. Из серии "Знаки".

Со временем мне стало важнее чувство оптического дискомфорта, вызванное некоторыми снимками Жаткова. Благотворного дискомфорта, заставляющего напрягать зрение, чтобы преодолеть неудобство. Так препятствие заставляет паркурщика напрячь тело – и порадоваться его бодрой силе.
Таких снимков я нахожу все больше, а их оптическое неудобство становится для меня все более программным.
Например, Жатков некогда работал в эстетике Photobooth, известной с 1930-х годов и весьма популярной среди художников в 1970-90-е. С ней работали сюрреалисты (Жак-Андре Буаффар, Андре Бретон, Макс Эрнст, Ив Танги), позже – Ричард Аведон, Ли Фридландер, Леон Левинстайн, Герхард Рихтер, Томас Рафф, Синди Шерман, Энди Уорхол, группа Флуксус. Работали по-разному, извлекая из неизбежной «ленточной» серийности, неглубокого пространства фото-кабинки и примитивной фототехники  собственные эстетические и смысловые эффекты.


Энди Уорхол. Автопортрет. 1963.

Синди Шерман. Без названия. 1975.


Сьюзен Хиллер Midnight, Euston 1983



Ив Танги. Автопортрет. 1929.

В серии «Мой фильмоскоп» Сергея Жаткова мне кажется интересной та самая затрудненность смотрения, о которой я говорила выше. Логика ленточной последовательности неясна, и порой меня заставляют видеть не то, что в квадратике снимка, а то, что исчезает за его кромкой. Непростая задача, а освободиться от нее нет возможности.


С. Жатков. Мой фильмоскоп. 1980-е.

С. Жатков. Мой фильмоскоп. 1980-е.




Найти необычную точку зрения для того, чтобы выявить экспрессию объекта – дело настолько обычное, что необычных точек зрения уже не осталось. В опытах Жаткова я вижу несколько другое – намерение помучить глаз зрителя, напрячь, расщепить зрительный луч, заставить смотреть фацетным, нечеловеческим взглядом. Быть может, такое зрение свойственно насекомым?  Не знаю. На моей памяти таким веерным зрением видели только философ-мечтатель Персио в «Выигрышах» Кортасара да байроновский Каин, получивший дар вселенского видения от антихриста. Впрочем, сам Байрон был явно на стороне дарителя.
Я к тому, что усилия Жаткова вывернуть наше зрение из покойного оптического ложа весьма благотворны. Глаз надо упражнять.


С. Жатков. Из серии "Мозаика", 2016.

С. Жатков. Из серии "Мозаика", 2016.
С. Жатков. Из серии "Скульптура".
С. Жатков. Из серии "Метеорит", 2014.
















































С. Жатков. Из серии "Метеорит", 2014.


С. Жатков. Из серии "Антиквариат", 2013.

С. Жатков. Из серии "Антиквариат", 2013.


О четырех последних снимках. Хотел или не хотел Сергей Жатков подвести тонкую аллюзию к снимкам Кертеша – не суть важно. Но вилка Кертеша, шедевр свето-теневой композиции, которой подражают фотографы уже более чем полстолетия, закручена и вывернута в полном соответствии с системой оптических дисторсий того же Кертеша. Для меня это одновременная двойная отсылка -  к утешению глаза и к упражнению глаза.
А с фотографией из серии «Метеорит» история еще более занятная. Сергей Жатков сделал серию для выставки BRURAL: СОКРУШАЮЩИЕ ЯВЛЕНИЯ  (Международная выставка художников и фотографов. Project 59, Inc -  Bronx River Art Center, Нью-Йорк, США. 7 февраля - 1 марта 2014). Вместе с ним работали над Метеоритом фотограф Алена Заболотина и художники Елена Щетинкина и Александр Данилов. Что-то было трансцендентное в их работах: росчерк космической стихии, цветовой код Вселенной, бесконечные сновидческие ландшафты иных миров. Великолепно.
 На первый взгляд, таких прорывов в трансцендентное в черно-белых фотографиях Жаткова не было. Напротив, было в них что-то от натюрмортов Йозефа Судека. Что-то, кроме легкой неправильности, которую хотелось вначале проигнорировать. Но она продолжала беспокоить.
На снимках выше – это пустое пространство между объектом на первом плане и объектом в глубине. Первый снят резко, второй – размыт. Первый массивен. Второй - минималистичен. Нормально. Если бы только не оптическая пустота между ними. Безвоздушная пустота там, где должны быть мелкие детальки и блики, позволяющие мне плавно перейти из объемной предметно-четкой области зрения в мечтательно-размытую. Их нет. И я снова вынуждена смотреть расщепленным зрением: предметным и метафизическим, близким и дальним, сосредоточенным и рассеянным. Синхронным. Сюрреалистическим.
Мне приходилось уже писать о склонности Сергея Жаткова расширять фотографию – двухмерную по природе – до трехмерных объектов и вынуждать зрителя смотреть ее всем телом, чувством гравитации, опорно-двигательным аппаратом, походкой, кожей. 



Сергей Жатков и пост-фотография. Ч.1
Сергей Жатков и постфотография. Ч. 2. Скрап. Зин. Уник. http://fiskusstvo.blogspot.ru/2016/01/2.html

Но и двухмерные его снимки в этом отношении интенсивны.
 
С. Жатков. Из серии "Дефиле".

С. Жатков. Из серии "Странное".

С. Жатков. Из серии "Странное".

С. Жатков. Из серии "Странное".

С. Жатков. Из серии "Странное".

С. Жатков. Из серии "Странное".


Не странно ли, что все это делает фотограф, весьма затейливо утешающий наше зрение там, где это неизбежно – в рекламной фотографии.


С. Жатков. Из рекламных снимков 2006-2009.

С. Жатков. Из рекламных снимков 2009-2011.

С. Жатков. Рекламный снимок 2016.


Нет, не странно. Такая же гладкость, блеск, приятная фактурность, сочность цвета порой появляется в арт-фотографии Жаткова. Например, в его абстрактных фотографиях или цифровых коллажах.
Просто этого ему недостаточно.