вторник, 16 января 2018 г.

Подземка как фотографическая константа




Подземка принадлежит к числу фотографических констант, но ее содержание сложно объяснить в двух словах. Это и полоса отчуждения, и ловушка, и место отрешенности,  и подходящее место для размышлений. Есть в самом устройстве метро, в его каждодневных приливах-отливах своя мистика. Хулио Кортасара  особенно волновало метро как место таинственно предопределенных встреч и трансцендентных откровений.
«Я вдруг почувствовал – или решил, - что темное окно метро может дать мне ответ и помочь найти счастье именно здесь, под землей, где особенно остро ощущается жесточайшее разобщение людей, а время рассекается короткими перегонами и его отрезки – вместе с каждой станцией – остаются позади, во тьме тоннеля» («Из  блокнота, найденного в кармане»).
« - Только полторы минуты твоего времени или вот ее времени. – укоризненно говорит Джонни. – Тогда как же может быть, чтобы я думал четверть часа, а прошло всего полторы минуты? Только в метро я могу это осознать, потому что ехать в метро -  все равно как сидеть в самих  часах. Станции – это минуты, понимаешь, это наше время, обыкновенное время. Но я знаю, что есть и другое время, и я стараюсь понять, понять… Если б я только мог жить, как  в эти моменты или как в музыке, когда время тоже идет по-другому… ты понимаешь, сколько всего могло бы произойти за полторы минуты… Тогда люди, не только я, а и ты, и  он, и все парни могли бы жить сотни лет… («Преследователь»).

Должно быть, метро и в самом деле как-то особенно оперирует нашим экзистенциальным внутренним временем. Но что совершенно точно: здесь можно взять конденсированную пробу времени исторического.
Смотреть серии, снятые знаменитыми фотографами в подземках Нью-Йорка, Лондона, Парижа, Москвы в 1930-е, 1940-е, 1980-е, 2020-е, - это все равно как видеть ход самой истории, ее темп, цвет, настроение, облик.


Нью-Йорк,  1938-1941. Уокер Эванс



Серия «Subway Photographs» снималась в 1938-41 гг. Для Уокера Эванса это был опыт документального портрета, анонимного и несентиментального
С середины 1930-х и до 1994 года фотографировать в метро было запрещено. Эванс окрасил блестящие части своей 35-миллиметровой камеры в матовый черный, спрятал ее под пальто  и вывел спусковой тросик через рукав прямо в ладонь.
Тем не менее, его внимание порой замечалось пассажирами.  И эти снимки – самые сильные. Взгляд в камеру – это как интимный обмен признаниями: ты - здесь, я – тоже, и когда через минуту или полчаса ты выйдешь на своей станции, это мгновение нашего контакта останется с тобой.

Так иногда строгая документальность становится метафизической лирикой.



















https://onlinebrowsing.blogspot.ru/2012/07/walker-evans-subway-photographs




Нью-Йорк,  1946. Стэнли Кубрик


Стэнли Кубрик снял серию «The New York Subway» по заказу журнала «Look» в 1946-м, в возрасте 18 лет.
Серия снята за две недели, главным образом в полуночные часы, когда утомленные пассажиры не так остро реагируют на парня с камерой. Позже Кубрик говорил, что хотел передать свое лирическое ощущение  подземки и послевоенного Нью-Йорка.





Нью-Йорк,  1975-1978. Хелен ЛеВитт


В 1938 году Хелен ЛеВитт, ученица Уокера Эванса была рядом с ним, когда он  тайком фотографировал в вагонах подземки. Её задачей было отвлекать пассажиров.
В год смерти Эванса, в 1975 году она вернулась в вагоны подземки, чтобы снять серию фотографий для книги «Manhattan Transit». Запрет на фотосъемку по-прежнему действовал, но фотографии ЛеВитт  отличаются почти безупречной техникой. Как ей это удалось, она так и не поделилась: «Умела бы рассказывать – была бы писательницей. Но я снимаю».

Хелен ЛеВитт.  Нью-Йорк.  1978.



Хелен ЛеВитт.  Нью-Йорк.  1978.

Хелен ЛеВитт.  Нью-Йорк.  1978.

Хелен ЛеВитт.  Нью-Йорк.  1975.



Хелен ЛеВитт.  Нью-Йорк.  1978.















































Нью-Йорк,  1980-1981. Брюс Дэвидсон


Брюс Дэвидсон (р. 1933) – один из самых влиятельных фотографов Америки. Член сообщества Magnum Photos с 1958 года. Его самые знаменитые фотосерии: «Brooklyn Gang» (1959), «East 100th Street» (1966),  «Circus» (1958 ).
Проект «Subway» включает 118 снимков. Вышел отдельной книгой в 1846 году и несколько раз переиздавался. Дэвидсон сам написал текст к фотографиям. Серия фотографий «темной, деградирующей, имперсональной реальности»  должна, по замыслу Дэвидсона, провести зрителя, как сквозь туннель, «вновь к цвету, чувствительности, витальности человеческих существ, которые каждый день наполняют вагоны подземки». «Туннельный» эффект главный в снимках. И еще тревожное ощущение неустойчивого баланса между тесным пространством вагона и заоконной пустотой.
  

















Париж,  2008 - 2010. Крис Маркер 

Крис Маркер (1921 – 2012) — французский кинорежиссёр-документалист, фотограф и писатель, создатель жанра фотофильма и фильма-эссе («Взлётная полоса», 1962; «Цвет воздуха — красный», 1977;  «Без солнца», 1983). 

Серия «Passengers» снята в парижском метро при помощи миниатюрной цифровой камеры, вмонтированной в наручные часы. Не только ради конспирации, но и для того, чтобы захватить людей в момент их спонтанного существования (то есть идущего от внутренних причин, без непосредственного воздействия извне – Толковый словарь С. И. Ожегова).










Москва,  2015-2016. Александр Гроусс


О московском стрит-фотографе Александре Гроуссе мне уже приходилось писать в этом блоге.

Не знаю, имею ли право соединить его снимки в серию «Подземные сообщения» (так называется одна из фотографий), но очень хочется.  Слово со-общение  здесь главное.


Александр Гроусс. 8 сентября, Москва, подземные сообщения. 2015.



Александр Гроусс. 4 мая, 2016 год , Москва, метро «Парк Культуры».

Александр Гроусс. 8 сентября, Москва, метро, автопортрет в вагоне №5950

Александр Гроусс. 10 июня , 2016 года, Москва, метро, осторожно двери закрываются.

Александр Гроусс. 2015, метро последнее...



Лондон, 2016. Мэтт Крэбтри


Серия «16th-Century Tube Passengers» (имеется в виду фламандская живопись XVI века) была снята английским фотографом Мэттом Крэбтри в течение одной утренней поездки в лондонской подземке.  Снята на мобильник,  тут же отредактирована и тут же отправлена в Инстаграм.















понедельник, 15 января 2018 г.

Ирина Бондаренко. Натюрморты.



Ирина Бондаренко. Иллюзия падения. 2016.





































Нас губит желание нравиться. Мешает жить и действовать свободно и с удовольствием.
Фотографию тоже губит желание нравиться, причем, нравиться сразу многим. Такой адресный разброс убивает фотографию как средство коммуникации.
  Правда, помогает ей как товару массового спроса. Но тут другая проблема. Внимание к покупателю всегда чревато невниманием к объекту фотографирования, а это убивает фотографию уже в самом ее сердце.
Примером может быть и сенсационная репортажная фотография агентства Рейтер, и вылизанная картинка «дикой природы» от National Geographic, и снимок провинциального фотографа с дежурными «раздольями» (степными, морскими, вечными, родными и т. д.) и «незнакомками» разной степени обнаженности и волоокости.
(Не берите в голову. Это я просто хочу увеличить объем текста к подборке фотографий Ирины Бондаренко. Потому что я о ней мало что знаю. Но, кажется, уже знаю, что суетное желание нравиться – это, слава богу, не ее порок).
Свобода от чужого мнения наступает, когда человек вообще и фотограф в частности уверен в себе и занят делом, а не своим социальным имиджем. Дело ему нравится больше: техника, с которой работаешь, вещи вокруг, их устройство и манера существовать и т. д. Тут как-то забываешь о количестве просмотров и лайков. И без этого славно жить.
Снимки Ирины Бондаренко вовсе не похожи на концептуальные опусы фотографа-анахорета.  Их можно сделать картинкой рабочего стола и получать веселое  удовольствие  при каждом включении компьютера. В них много света, чистых зеркалистых бликов, изысканного, стильного, хорошо модулированного цвета, грациозных растительных и элегантных дизайнерских объектов, забавной и разноликой игры ритмов, теней, отражений.
 Инсталляция в них так же хороша, как фотографическая техника и тонкая постобработка. 

Ирина Бондаренко. Натюрморт с тарелками. 2017.

Ирина Бондаренко. Белые маки. 2016.

Ирина Бондаренко. Все что выросло в саду. 2016.

Ирина Бондаренко. Разбитый натюрморт. 2017.





Но мне нравится, что они как раз не слишком рвутся нравиться во что бы то ни стало. Им просто нравится такими быть. И это заметно.
Поясню: в снимках Ирины Бондаренко довольно часто главным становится внимание автора не к возможному результату публикации снимка, а, во-первых, к объекту или впечатлению от объекта, поразившему внимание фотографа. Во-вторых, - внимание к самой фотографии как технике и языку. Это заметно и в натюрмортах. Но еще лучше видно в прелестной серии «Большая стирка». Эффекты отношения цветовых пятен, эффекты ракурса, подвижные причудливые формы, возникающие из бесформенности в миг, когда щелкает спуск, фактуры вещей и поверхностей…  Это в них важно, а не преднамеренность порадовать зрителя.

Ирина Бондаренко. Из серии «Большая стирка». 2016.

Ирина Бондаренко. Из серии «Большая стирка». 2016.

Ирина Бондаренко. Из серии «Большая стирка». 2016.


Вот совсем другая стирка:

Bernhard Hartmann. La Guarida I. 

Хороша. Стоит от 11 000 до 71 000 в рублях. К искусству фотографии отношение имеет косвенное.




Фотографии Ирины Бондаренко с сайта http://www.fotosoyuz74.ru/willow/